Мечты выцветают,
Как старенький ситец
Халатов, застиранных
Нами до дыр,
Как низкое
И беспросветное небо,
Давно переставшее
Быть голубым,
Как степи, сожженные
Ветром и зноем,
Как алые флаги
В музейной пыли,
Мечты – словно эхо
Забытых историй,
Архивные фото,
Чужие стихи,
Размытые памятью
Даты и лица
Тревожного детства
На стыке веков…
Мечты застывают
Тускнеющим светом
В бесцветных глазах
Молодых стариков...
...................................
Кадай
Я слышу твой пьянящий стон рожденный бездной ощущений
неповторимый унисон крылатых взлетов и падений.
В триолях звездного дождя, гирлянды призрачных аккордов
мерцают ветрено скользя мотивом чувственного рондо.
Парящий, лунный эпизод воркует ласково рефреном,
в нём череда прозрачных нот о самом шепчет сокровенном.
Коснись натянутой струны, пока не дрогнули колени,
пока мы нежностью пьяны тех белых ландышей весенних...
.............................................................................................
Таша Романова
В сердце остылом, где мир, как игрушка,
жажда желаний, но нечего дать.
В шорохе ветра все так простодушно,
слово слетит с языка- врать, так врать...
Комом на сердце холодная поза.
Шариком щёки, как красный пион,
не надувает любовь. Эта роза
перед цветами скромна, как киот.
Но все кумиры блестят золой печек.
Светом лампады горит человек.
И заклинают свирель слезы свечек.
Плакать не надо, венчается век
С нашей любовью, надежной и вечной.
Свет от луны - золотой оберег...
...........................................................
ИРИНA ШУЛЕНИНA
Жизнь сжата до размерa сигареты,
Докуренной пока до середины.
Уже раскрыты многие секреты,
И первые повылезли седины.
Закуривала, устали не знала,
И нравилась себе в серьезной роли,
Но выгорело быстро то начало,
Когда по неумению - до боли....
Вот, пальчиком не то, чтоб слишком тонким,
Я стряхиваю в пепельницу мысли,
Былое опадает им вдогонку,
И вкус перестает быть сладко-кислым,
Я, кажется, его теперь смакую
И, собственной улыбке зная цену,
Люблю себя, прожженую такую,
На середине веря в перемены...
..................................................................
Ирина Лукашева
Остаться без тебя покинул страх,
Свободен от любви, свободен!
И отряхнув воспоминаний прах,
Вмиг стал печали не угоден.
Оплачь свою гордыню, не меня,
Был мёртв с тобой, теперь оживший!
Тебе несчастий не желаю я,
Проклясть лишь может не любивший!
Гирлянду звёзд зажёг на небе я,
Иди же к счастью, не плутая!
Живи и радуйся, но без меня…
Уже и снег весной растаял.
Подснежники другие на полях,
Как мною ты была любима!
Остаться без тебя покинул страх,
Минувшее невозвратимо!
........................................................
Валерий Север-Чинёный
«С шуршаньем на пол лег бостон», скользнув по кромке гибкой кошкой
И выдыхая ночи стон, спешащий лунною дорожкой
На пик взъерошенной волны, едва лизнув кусочек неба,
Что переполнен был штрафным напитком звездного тустепа.
Вновь расплавляя все миры в прозрачность тонкого муара
Рисунком страстной высоты и наполняя звук кифары
Соитьем берега с волной, что поглощает сладость влаги,
Осядет пенною копной, дрожа от стона. Томность арки
Сплетенных рук над головой качнет прибоем поднебесье,
Звеня серебряной струной, наполнит миг последним плеском.
Взрывая жаждой ночи стон и растворяя гибкость кошки,
С шуршаньем на пол лег бостон, в ладонях счастье лунной крошки...
........................................................................................................
Марина Гербер
Я - женщина-осень, ты - мальчик-весна,
И встретиться нам не дано в этом мире.
Сигналит табло - Никогда!.. Никогда!..
И голос твой тонет в звенящем эфире.
Ты, словно, живешь на планете другой.
Туда звездолеты ещё не летают...
Но в небе вечернем, горящей дугой,
Вновь звездами пишешь - Люблю! Обнимаю!
Прости, мой хороший, прости и прощай...
Ты в сердце останешься песней не спетой.
Мы вместе не сможем умчаться в тот край,
Где наша любовь... где волшебное лето...
....................................................................
Натали Астахова
Тебя, сказать, что я не жду,
Не будет правда в корне
Я зря затеяла вражду,
Одев каприз по форме.
Теперь неведомы пути
Моих, к тебе подходов
Ты хоть намёком пошути,
Где минус у катодов...
Уж год, под облаком дождя,
Сушу свою одежду
Я убежала от вождя,
Без права на надежду
Вождя моих любимых снов
В тепле подножья рая,
Того, что крепче всех основ,
Держал меня у края...
Душа не знает, как мне быть?
У духа силы на исходе
Я не смогу тебя забыть,
Иду к тебе на тихом ходе...
.................................................
Леонид Крученко
А у музы — свой обряд:
память, сон и звездопад,
ни вперед и ни назад
вверх — на крыльях творчества,
с временем помолвлен ад,
с вечностью — пророчество.
Жизнь и в гибели права,
А поэзия жива
словно мостик тесный
между бездной бесовства
и небесной бездной...
..................................................
Из инета
В том царстве, где всё — не впервые,
где новости все не новы,
иначе живут, чем живые,
и мёртвые там не мертвы.
Сливаются годы с годами,
и ливень по ливню сечёт...
Как цезарь стареющий, память
теряет владениям счёт.
Движенье всегда без движенья
томительной правит страной,
и только игра светотени
меняется вместе со мной.
Держава, где так надоело,
что все направленья — назад
Часы не идут. И без тела
там бродит душа наугад.
К тому, что меня обступило,
нельзя повернуться спиной,
и всё, что немило и мило,
не хочет погибнуть со мной...
.....................................................
Странница Востока
Веет ветер над пеной соленой,
Утопая в пурпурной заре.
Взявшись за руки, двое влюбленных
У обрыва стоят на скале.
Они морем любуются синим.
Вдруг она, от него отойдя,
Будто с робостью горькой спросила:
"Скажи честно, ты любишь меня?"
– "Да! Ну, что ты?! Я..." – "Так докажи мне!
Докажи, чтоб поверить смогла".
– "Доказать?.. скажи как – я всё..." – "Спрыгни",
И, на море взглянув, отошла.
Он стоял, обессиленный горем,
Снова глянуть в глаза ей боясь,
И, чуть-чуть наклонившись над морем,
Он увидел лазурную пасть.
Он зажмурил глаза, пошатнулся,
Со скалы сорвалась горсть камней
И в соленый прибой окунулась,
Расчертивши круги по воде.
И, подхвачено яростным ветром,
Уносимое под облака,
С губ дрожащих его безответно
В бездну бросилось камнем: "Толкай..."
.............................................................
Конфутатис Малэдиктис
Я ведь ангел, по пьяни забывший дорогу домой,
и надрывно зовущий на помощь создателя рая.
От усталости - в страх, пьющий северный воздух взапой
над обрывом, над миром, у самого дальнего края.
Ты не спрашивай только, как смог я прожить этот срок,
Умирая в ночи и, как феникс, взрывая рассветы.
То полетом, то шагом измерив аршины дорог
под мерцанием звезд, на ладонях бурлящей планеты.
Я романтик, мечтатель бескрылый, и просто изгой,
То бросаясь в снега, то в костре бесшабашно сгорая,
Без тебя... Без тебя!!! Но живущий лишь только тобой.
И надрывно зовущий на помощь создателя рая...
......................................................................................
Эмиль Мамедов
Это было давно... в Петербурге,
Не забыть белых чудных ночей,
Где гуляли с тобой до безумья,
Погрузившись в весёлый хорей.
Самолёты кружили, как трели,
Завлекали мосты над Невой,
Помню песни хорошие пели
До утра мы резвились с тобой!
И колхоз, и капуста мешками,
Всё прошли - от звонка до звонка,
Патрули, чудо-водка в стакане
И осенний вираж, как во снах.
А с гитарой как пели, плясали,-
Разбегались собаки во тьме,
В сердце буйном все струны играли,-
Вальсы с шутками.. наедине..
Узнавал этот мир искушённый
Не по сказкам,- под скрежет всех шин,
Все регистры души молодёжной
Раскрывались и пели в тиши.
И сегодня в Таврическом парке,
Где играет тихонько гармонь,
Мы с друзьями поём спозаранку,
Вспоминая малиновый звон...
............................................................
Ирина Бутко
Конец — не глядится, не ждётся, не пишется.
Жизнь — пустота и треклятая хищница.
Тлеет, не жжется остылым кострищем.
Тянет в глубины расщепленным днищем.
Смыслы облезшие в рубище нищем
С косами, в сколах зазубренных, рыщут.
Нас, оступившихся в рытвинах, ищут,
Взмылившись в рвении. Тыщи их, тыщи,
Смерти помощников. С них и не взыщешь...
Ступени. Ступени...
......................................................................
Мила Суворина
Канделябры дышат мраком. Запах тленья
Источают пирамиды из сандала.
Календарь теряет дни, часы, мгновенья
С веером билетов - опоздала.
Саркастичная ухмылка клавесина
В зёве клавиш монополия минора.
Бахом впрыснуты апатии токсины
Симптоматика - болезни Мальдорора.
Бой часов срывает с музы одеянье,
Жмут у темечка Блаватские доктрины.
Истребляется за чтением - дыханье,
Книг страницы - из Иудовой осины.
За гардинами - москитом жалит месяц,
Ночь скукожилась газетой полыхнувшей.
Дрожжевое тесто гроз ветра замесят,
Под седьмым ребром - душа обмякнет тушей.
Дама Пик слегка попорченная молью
Одиночество присыпав нафталином...
Напитавшись всласть трагичной ролью
С подоконника шагнёт за цеппелином...
....................................................................
Ядвига Розенпаулис
У обрыва Судьбы,
Перед пропастью в Ад,
Громыхая веригами страха,
Олигархов рабы,
Преклоняясь стоят,
А пред ними кровавая плаха.
Там безликий палач,
Поднимая топор,
Прерывает последние вздохи,
Чтоб не слышали плач
Те, кто жив до сих пор,
Под эгидой жестокой эпохи.
Их поздней приведёт,
Конвоир Сатаны,
Чтоб не тратиться на излеченье,
А пока, пусть живёт,
В тёмных стойлах страны,
Люд, который рождён для мученья.
У обрыва Судьбы,
Перед пропастью в Ад,
Громыхая веригами страха,
Олигархов рабы,
Преклоняясь стоят,
А пред ними кровавая плаха...
..........................................................
Уходящий Попутчик
Я часто думаю за чаем
В ночи, когда весь мир затих,
Как много мы людей встречаем,
Как мало знаем мы о них.
Смеясь, в холодный день осенний
Мальчишка во весь дух бежит.
Быть может, он талант и гений,
Чья слава завтра прогремит?
Однажды встретил я девчонку,
Прошла, – печальна и слепа...
Хотел я крикнуть ей вдогонку:
«Постой, ведь ты – моя судьба!»
Страдая, мучаясь бесцельно,
Ища заветные пути,
Мы с нею только параллельно
Обречены всегда идти.
И эта истина простая,
Открывшись так внезапно мне,
Как будто стужа ледяная,
Прошла морозом по спине.
Но и с печатью злого рока,
Непостижимого вполне,
Я не виню ни жизнь, ни Бога
За их безжалостность ко мне.
Пусть всё течёт по расписанью,
Живу, влюбляясь и кляня.
И снова лестью или бранью
Встречают недруги меня.
А по ночам за чашкой чая
Сижу и жгу напрасно свет,
О чём-то призрачном мечтая,
Чего давно на свете нет.
К утру, стряхнувши мыслей орды,
Увижу, подойдя к окну,
Что даже этот тополь гордый
У одиночества в плену.
И снегом город заметая,
Как будто закадычный друг,
Мне ветер на трубе сыграет
Симфонию разлук и мук...
........................................................
Александр Лагуновский
Спят посеревшие снега
в последнем мартовском покое.
Сорочье время воровское
зовёт меня с собой в бега
туда, где в прошлом, за рекою,
нет друга.
Но и нет врага.
Там ждёт меня мой детский клад
вещиц наивных и блестящих,
и нет нужды быть проще, старше.
Там старый дом и старый сад.
Там не дадут пропасть пропащей
и уберут подальше яд.
Там можно плакать, и просить,
прощать, не ожидать расплаты,
носить единственное платье,
смотреть без страха на часы,
любить и вёдро, и ненастье,
и шёпот тоненьких осин.
Ну что ж, наверное, пора.
(Но как легко слова даются,
когда не нужно больше врать...)
Из бесприютного приюта
бегут последние минуты.
Прощай мой друг.
Прощай, мой враг...
....................................................
Анна Бессмертная
Улови как за окнами где-то
То ли свист шелестит, то ли стон.
Это белая снежная Лета
Огибает кирпичный заслон.
Вот ещё один месяц в корзину.
А река всё текла и текла.
Сколько водки ни влей в эту зиму
Всё равно не дождёшься тепла.
А на улице свищет и свищет;
Снег из форточки студит лицо.
Так бы раньше с бумагою писчей
Не дошло до тебя письмецо.
А теперь: хоть по клавишам бряцай,
Хоть по кнопкам стучи до зари.
Не расстаться - увы - не остаться.
Одиночества стоит бояться
Не снаружи себя, а внутри...
.........................................................
Сергей Фаттахов
Мне убыванье наше скрасить нечем
О, если б я тебя заверить мог,
что где-то ждёт нас время новой встречи
куда на больший и счастливый срок!
Пора утихнуть... Вот была бы милость,
прощенье затянувшейся вины,
что в срок земной любовь не поместилась
Мы жизнью всё в себе изжить должны.
Печальное моё несовпаденье
усталости с переполненьем чувств...
И потому, когда я стану тенью,
в пустое я томленье превращусь,
как имя, что затеряно в склерозе,
стучащееся в память со слезой,
иль трудное дыхание в предгрозье
с неразразившейся потом грозой...
.................................................................
Виктор Гаврилин