Тысячи раз я в любви объяснялся.
Нет, не словами. Слова - холодны.
Множество раз я любил и влюблялся,
Да и сейчас - с нею ночи и дни.
Этот союз - будет долог и вечен:
Всё сберегла, отдала, отдаёт...
И потому под окном каждый вечер
Нам соловей непрестанно поёт.
Если бы только и раз повстречались,
Ну а потом - разошлись навсегда,
Тысячи раз - мне бы те вспоминались
Руки и губы, и даже слова...
................................................................
Дорогая, месяц так широк,
Я люблю цветущий этот май.
Юности ушедшей холодок
Полоснул по сердцу невзначай.
Не гони с порога, я устал
Целовать иконы и кресты.
Пол земли, пол жизни промотал
В поисках какой-то красоты.
Лебедою в сердце жёг тоску,
Шёл на выстрел, ладил купола,
И скучала пуля по виску,
Как по брёвнам ржавая пила.
За цыганским счастьем волочась,
Постигал бродяжье ремесло…
И не представлял, святым молясь,
Как с тобой мне все же повезло.
Ты прости (душа моя чиста)
Бесшабашность всех моих дорог.
Я бы начал с чистого листа
Жизнь свою, конечно, если б мог.
Но, наверно, поздно мне уже,
Нет, не целоваться, не любить…
На каком-то выпав вираже,
Опоздал счастливым просто быть.
Может, стоит снова всё начать,
Блеск седин – ещё не приговор,
Рано ставить мёртвую печать,
Выходить с венками за забор.
Нет, сегодня точно не уйду
И не дам заснуть тебе, поверь.
Я такой красивой не найду…
Что же делать нам с тобой теперь?
Дорогая, месяц так широк,
Полюби со мною этот май,
Юности ушедшей холодок
Пусть пройдёт по сердцу невзначай...
..............................................................
Нелюбим я тобой. Неизвестным останусь,
незаметным, как вечер из будней твоих.
Под гитару свою и смеюсь я и каюсь
во грехах не своих, во грехах неземных.
Мать когда-то меня наставляла, прощая
материнским прощением... Но, натворил:
обещанья свои у порога оставил
уходя навсегда, а казалось – на миг.
Ты такая ж, как все, кто целован был мною.
Ты такая ж, как все, не сморгнувши – предашь.
Разобрался в тебе – я тебя не недостоин,
ты красивая вещь, но всего лишь – мираж...
.............................................................................
Я обцеловывал твое запястье,
Я обнимал губами подбородок
В порыве молодой, безумной страсти
Я был всегда опасен и неробок.
Я подавлял напором и желаньем,
Обезоруживал нежнейшими словами,
Я молодой любовник был – и этим званьем
Гордился, как дворянскими правами.
О, как любил я женских криков стаю
И затаенный блеск из-под ресниц,
Когда податливое тело тает
И темнота скрывает сладость лиц!
Ты ощущаешь силу и всевластье,
Восторга и умения предел,
И в этот краткий миг приходит счастье,
Простое счастье победивших тел...
....................................................................
Не умею обижаться на тебя!
И, надеюсь, никогда не научусь.
Эти дни и так стремительно летят,
Чтобы их еще разменивать на грусть.
Надо помнить – нам с тобою повезло!
Наши чувства и мгновения хранить…
Ведь разбиться может хрупкое стекло,
И не выдержать невидимая нить.
Дай мне руку – так удобнее идти!
Дай мне губы – их приятно целовать!
Дай мне ночи - все, что будут впереди!
Дай мне ласки - я хочу тебя опять!
Я пишу с тобой законы бытия,
Я ищу с тобою новые пути
Мир огромный - только двое - ты и я,
Остальное - несущественно, почти…
Это наши золотые времена,
Потому что - знаю точно – много лет
Ты не можешь обижаться на меня,
И логичных объяснений просто нет...
.................................................................
Смерть всегда рядом
культяпостью синей,
чёрным отрядом
невидимых линий,
вспышкою боли,
разрядом свинца,
красною солью
в разрывах лица…
Ты её чувствовать
можешь иль нет
злое присутствие
только вослед
тычется в спину
пустой капюшон,
шорох крысиный
в ночИ приглушен…
Курится ладан,
томится душа…
Смерть всегда рядом…
Стремглав-неспеша…
............................................
Моя нежность к тебе без границ и без сроков,
Без надрыва души и слезливой струны,
Без заумной печали и грустных оброков,
Без нервической дрожжи и лечащей лжи.
Моя нежность ,как поле цветов неизбитых,
Не косой,не стихами и не рублём.
Не растёт в нём корысть из интриг ядовитых
Только ласковых маков трепещущий сон.
Моя нежность ,как облачный остров мажоров.
Без инверсий ракет с сумашедшим огнём,
Без дождей и снегов, и без ветренных споров,
Моя нежность пушистый и ласковый дом.
Это чувство,как детства наш плюшевый мишка,
Без опасных когтей и клыкастых зубов,
Без походов налево с трусливой интрижкой,
Это чувство игрушка,с эмблемой " ЛЮБОВЬ".
Не страшны ей не чёрствость,не грубость,
В моей нежной вселеной таких нет планет.
Не живут в ней зазнайство и скудная тупость,
А лишь добрый,искрящийся,ласковый свет...
Моя нежность к тебе лишь с годами теплее,
Не нужны ей косметика слов ,или дел.
Не нужна арифметика взглядов с кодами,
А лишь плед,телевизор и старый торшер...
............................................................................
Я больше не зову ни близких и ни дальних…
В колодезный приют лишь ветер хмурый вхож…
Я становлюсь мудрей, спокойней и печальней…
«Печаль моя светла»… Я счастлива… Но всё ж,
я больше не ищу ни правд, ни вечных истин…
Что правда? Та же ложь – эпохою спустя…
Намереньем благим путь в ад поныне выстлан,
беспомощных сожгут, предателей простят…
Я больше не пишу ни ямбом, ни хореем…
Мне грустно и смешно читать ночами флуд…
Однажды осознав: «стихи меня не греют»,
безжалостно сорвать удушливый хомут…
Я больше не живу…
Судёнышко худое
несёт себе река за сумеречный плёс…
«Печаль моя светла», душа полна покоя…
Зашкаливает пульс и губы шепчут SOS…
...............................................................................
Городской сумасшедший, бормочущий быстро, невнятно
На каком-то своём, не доступном другим, языке...
Мне как всем - даже просто смотреть на него неприятно
Так зачем я шагнул и к его прикоснулся руке?
И пустые глаза встрепенулись безумно-тревожно!
Но уже через миг улыбаясь, как будто узнав,
Он с ладони моей карамельку забрал осторожно,
Пузырящимся ртом непонятное что-то сказав.
Городской сумасшедший, пожизненный гадкий утёнок,
Обречённый на плен в одиноком и жалком мирке...
Никогда не забуду - мычащий, как будто спросонок,
Тридцатипятилетний, обиженный Богом ребёнок
Неуклюже и страшно танцует с конфеткой в руке...
...........................................................................................
Капризный март – заплаканный мальчишка,
Прогноз погоды вышел ни к чему:
То град, то дождь, то солнышко, как вспышка,
То снова снег затеет кутерьму.
И, вроде, жарко в зимнем полушубке,
Но мёрзнут плечи в кожаном плаще,
И мокрый зонт в наполненной маршрутке
Противно липнет к чьей-нибудь ноге.
А ты молчишь... такой же непрeклонный,
Хотя в душе и тёплый, и родной...
Но всё пройдёт: и март демисезонный,
И ты оттаешь следом за весной...
....................................................................
Два разбитых старых сердца
Продолжают перестук.
Было ж время оглядеться,
Избежать страстей и мук?
Был ведь шанс не влипнуть смертно
И не выпустить из рук
Две судьбы. Но мысли смерклись,
И замкнулся жизни круг
Затворилась к счастью дверца.
Что ж, прощай навеки, друг.
На тебя не опереться.
Обращен восторг в испуг.
Нет, неймется этим перцам,
Позабытый всплыл недуг.
Два разбитых старых сердца
Продолжают перестук...
........................................................
Привычка к чести, сердца злать,
Талант веселый, гений строгий –
Нельзя аристократом стать,
Им можно только быть – от Бога.
Аристократия – не знать,
Не титул делает породу,
Ведь благородство может знать
И потный пахарь из народа.
Плебейство – заданность души,
Быть могут хамами дворяне,
К себе презрение внушив,
Своими брезгуя корнями.
Плебейство – зависть, месть и злость,
Плебейство – мелкая монета,
Оно – любого цвета кость
И кровь – коричневого цвета.
Когда неправда на устах
Вельмож доводит до расплаты,
Бывает, что на фонарях
Висят не те аристократы...
.......................................................
Быть непонятым - вечный удел
мудрых, глупых и очень активных,
избивали пророков везде,
и всегда порицали настырных.
Преднамеренность брошенных фраз
и коварство замашек вампирных
обрекали на муки не раз
самых чистых, блаженных и смирных.
Поднагота ликующих масс
в ожиданиях зрелищ и хлеба,
водки, пива дерьмовых колбас
их постыдных страстей непотреба…
Не достичь совершенства никак,
на всеобщей волне безобразий
жизнь – синица в злодейских руках,
счастье – фишка наивных фантазий.
Космос давит с рождения нас
рассыпухою звёздной подсветки
слабонервных швыряя в экстаз
без вина, табака и таблетки.
Вездесущих гармоний поток,
проникая в сознанье людское,
лишь на миг, как наркоза глоток,
снимет жуткий напряг беспокоя.
Всё по нотам идёт, как всегда
для одних, для других и для третьих
бурят землю, гудят поезда,
и над пляжами солнышко светит.
Не скучает беспечный народ,
но уверенно, мало по малу,
с человечеством движется плот
между звёзд к роковому финалу...
...............................................................
Давно исписана страница
Крамольной памяти моей,
Гле слово каждое – граница,
Где точка – пуля меж бровей!
Колючка слов – венок терновый,
Алеют капли на висках,
Здесь холм могильный будет новый
И камень серый на стихах!
Похороню своё желанье
Писать, как думать и любить,
И кол вобью в одно касанье,
И не позволю воскресить...
..........................................................
Не прогоняй меня навечно
Оставь местечко в уголке
Позволь любви моей беспечно
Слезой скатиться по щеке
Не запрещай сухим листочком
Тебе в окошко постучать
Тебя узреть одним глазочком
И наземь рухнуть сгоряча
Позволь мне бусинкой неслышно
К тебе забиться под кровать
И слушать жадно, как ты дышишь
Мечтая страстно приласкать
Позволь мне веточкой березы
Тебя по шее щекотать
Позволь цветком нагим мимозы
В твоих ладошках умирать
Не прогоняй меня навечно
Не убивай во мне мечту
Ведь наша жизнь так скоротечна
Не прогоняй, я сам уйду...
........................................................
Вот граница для слов – слева фальшь, облачённая в бархат,
При регалиях свита из блюдолизов монарха,
Справа истина в рубище из домотканых лоскутьев
На холодных ветрах, на обычных земных перепутьях.
Вот другой частокол из приверженцев хамства людского,
Убивающий всё, даже жизни в зародышах слова,
Опрокинуть его не способны ни вечность, ни танки,
Ни печальные вздохи есенинской вольной тальянки.
Можно дальше слагать никуда не зовущие строки,
Мир Поэзии мёртв...
Нет, не мне, не поэтам упрёки,
А характеру дней, в них забита она батогами
Новорусских культур, отказавшихся мыслить стихами.
Я не верю тебе, возопивший из мрака: неправ ты!
Через тысячи лет мы услышали песнь аргонавтов
Что услышат потомки о наших с тобою деяньях,
Если брошены мы, словно нищие без подаянья...
...........................................................................................
Вначале было сломано ребро.
И боль текла, и вера вытекала.
Бессильные слова рождались про
того, кто примерял свои лекала
и резал плоть. Точёные ножи
в грядущем ничего не обещали…
Назло всему хотелось просто жить,
барахтаться и длить свои печали.
Но тот, который может, завершил
резьбу по кости. Выдохнул устало.
Вдохнул последним напряженьем жил
в тебя огонь… И прошлого не стало.
Грядущее тихонько подошло,
потёрлось о сплетённые ладони…
И зазвенело медным кругляшом
пронзительно и ясно:
не догонят!!!
..................................................................
Я помню ночь ликерной страсти,
Из лепесточков роз постель,
Ванильность слов и карамель
С фондюшницы, нагретой счастьем.
Стон, как горячий шоколад,
В клубнично-нежном поцелуе,
Нектар любви, его смакуя,
Вкушали, помню аромат...
-Стоп!,- скажете: – Сиропный бред!
Не слишком приторно ль все это?
Отвечу: - Вкус того десерта
Храню сквозь сухофруктность лет...
......................................................................
поздно исправлять прикус, контур губ, рельеф носа
средневозрастной кризис – проездной билет в осень
глупо выбирать «миа» - крем для молодой кожи
жизнь галопом мчит мимо, всадник отпустил вожжи
кодекс прописных истин в детство навсегда канул
рано назначать тризну, поздно очищать карму
странно примерять саван, памятник - гранит, бронза?
внуков ждать пока рано, третьего рожать поздно
рано подбивать сальдо, с кредитом сводить дебет
поздно в рождество санту звать, а в новый год - деда
вредно, попросив «дай мне», верить, что дадут слово
время собирать камни, чтобы разбросать снова...
.....................................................................................
Люблю и буду, покуда жив,
язык свой вырву, коль будет лжив:
тобою болен, тобою полон,
тобою жив я, - об этом помни!
В тоске скитаюсь, как вечный жид,
Судьбой от смерти мне выдан полис,
тону в болоте словесных жиж,
но воскресаю вновь к жизни в полночь.
Ищу смысл жизни, ищу свой полюс,
вокруг него чтоб вертелась жизнь:
ещё есть порох желанья жить,
и для любви есть на сердце полость.
На чувства в прошлом наброшен полог,
костей осколки скрывает жир,
шов в сердце лаской обильно полит,
чтоб в дни ненастий зря не мозжил.
Любовью болен, любовью полон,
в любви признаться тебе есть повод:
- Люблю и буду, покуда жив,
язык мой вырви, коль будет лжив!
................................................................